Историко-культурное введение в политологию. Лекция 5.

Монархия и тирания

Существует 3 формы государственной власти, и попытки придумать четвертую ни разу не увенчались успехом. Среди этих попыток была одна смешная. Когда в 1968 г. чехи попытались установить у себя социализм с человеческим лицом, им этого сделать не дали. Они страшно обиделись, начали писать массу бездарных антисоветских статей и придумали новую форму государственной власти - "партократию", каковая, однако, была всего лишь сочетанием олигархии и охлократии.

Первым формы государственной власти подробно описал Аристотель, хотя они существовали и до него. Не удивительно, что это сделал эллин. Тот же Аристотель ввел определение: "Человек есть животное политическое", что вполне соответствовало эллинскому взгляду на мир.

Согласно Аристотелю, есть 3 правильные формы власти:

* "монархия" - власть одного;

* "аристократия" - власть лучших (по-гречески, "аристой" - "лучшие");

* "полития" - власть полноправных граждан полиса, власть граждан.

Будучи глубоким мыслителем, Аристотель понимал, что разновидностей правильных форм власти очень много. Каждая из этих форм сама по себе, как общий принцип, не хороша и не плоха, но у каждой из них есть только одно "отклонение" или "искажение" (в русских переводах используется и тот, и другой термины, но более точно с греческого - "отклонение", а более употребительно - "искажение", оно в большей степени передает смысл). По Аристотелю:

* искажение монархии есть "тирания";

* искажение аристократии есть "олигархия", т.е. власть немногих ("олигос" - по-гречески, "немногие"), что на русский язык по смыслу можно перевести, как "власть шайки";

* искажение политии есть "демократия".

Однако уже в Античности эта терминология изменилась (хотя далее не менялась никогда): первые две формы и первые два искажения сохранили своим названия, но вместо "политии" стали говорить и писать "демократия", а искажением "демократии" стали считать "охлократию" ("охлос" - по-гречески, "толпа").

Аристотель описал многие разновидности правильных форм власти (одних монархий у него 6). Но опирался он лишь на тот материал, который был у него в поле зрения, в действительности же этих разновидностей сотни. Стагириту (как называли Аристотеля по месту его рождения - г. Стагира) принадлежит универсальный принцип: каждая из трех форм власти действует в интересах обществах, а любое из трех искажений - в интересах части общества. (A proros, марксисты с ним не согласились бы категорически, ибо, с социалистической точки зрения, всякая власть действует в интересах т.н. "господствующего класса" и только в "светлом коммунистическом будущем" власть будет действовать в интересах всего народа, и т.д.) Любое искажение правильной формы власти эгоистично. Тирания действует в интересах тирана или его ближайшего окружения, которое все равно персонифицировано в тиране (в тиранической воле, в тиранических потребностях); олигархия - в интересах олигархии и тех, кто с ней непосредственно связан; охлократия - в интересах социальных низов.

Монархия

Монархия (от греческого корня "моно") есть власть одного, что верно лишь в принципе. В истории мировых монархий не редкость - соправительство, когда правят вдвоем. А в Риме (правда, кратковременно) правили одновременно даже пять императоров.

Принципы наследования власти

В зависимости от принципа наследования власти монархия может быть династической, родовой и выборной.

1) Династическая монархия. В такой монархии действует строго династический принцип, в соответствии с которым престол передается от отца к сыну, но может также передаваться, например, и от брата к брату, как это было на Руси в Раннем и Высоком Средневековье, когда у нас действовало лествичное право, лествичный принцип перехода престола (по-славянски, "лествица" - "лестница"). Однако династический принцип существовал далеко не всегда. Он изобретен западноевропейским феодализмом и распространился потом в другие части света, хотя, возможно, в странах ислама сложился независимо. Нам - Восточной Европе - династический принцип не свойствен, он поздний и заимствованный.

2) Родовая монархия. Гораздо чаще, чем строгое престолонаследие, в монархиях действовал принцип принадлежности к царскому роду. Т.е. царь должен был происходить из царского рода, но это вовсе не означало, что он автоматически наследовал престол (к царскому роду многие принадлежат).

3) Выборная монархия. Она не является редкостью. В Экваториальной Африке до сих пор сохранились монархические принципы избрания сроком на год племенных королей советом старейшин, а через год этот совет вновь подтверждает или не подтверждает полномочия избранного короля. Заметим, что институты эти, интересно сочетающие элемент монархический со вполне демократической традицией, работают великолепно, в то время как западная демократия на общегосударственном уровне порождает в той же Экваториальной Африке столь чудовищную коррупцию, что перед ней меркнет даже наша отечественная! Выборная монархия была и в Византии. Более того, православного монарха в принципе легитимирует (делает законным) лишь православный народ, т.е. Церковь, ибо Церковь - это сообщество людей. При этом институты легитимации могут быть различны (совершенно не обязателен всенародный референдум).

Где лежит грань между собственно монархией и президентской властью в республике? При сильной президентской власти эта грань размыта, хотя она все же существует. Сильная президентская власть - фактически республиканская модификация монархического принципа. Скажем, президент США - в некотором смысле республиканский монарх (его полномочия чрезвычайно широки). Однако в выборных монархиях монарх все же обычно избирается пожизненно. И даже там, где требуется ежегодное подтверждение полномочий монарха, как это было в Вавилоне или Экваториальной Африке, монарх (в отличие от президента республики) может сколько угодно долго продолжать царствовать, если его не отвергает собственное сообщество.

Все три правильные формы власти - монархия, аристократия и демократия - необычайно древние. Во всяком случае они древнее государства, что является лишним аргументом в пользу первичности общества, приоритета его перед государством. Есть также некоторые основания полагать, что монархия является самой древней из этих трех форм, ибо прообразом монархии, монархического правления, патриархальной царской власти является семья (разумеется, не "шведская" и не вообще семья XX в., а семья нормальная, которая может быть устроена только патриархально).

Достоинства монархии

Их довольно много, и они приводятся в классической литературе (в частности, у выдающегося русского юриста прошлого столетия Б.Н.Чичерина и у крупнейшего монархического мыслителя нашего века Л.А.Тихомирова). Остановимся на основных.

По всей вероятности, исключительное достоинство монархии состоит в ее способности сохранять неформальность отношений монарха и подданного даже в больших государствах. Вообще, элемент неформальности, элемент личных связей присущ всем правильным формам государственной власти, но не их искажениям. Если полностью разрушены неформальные связи в представительной демократии или в аристократической системе, представительная демократия вырождается в охлократию, а аристократия - в олигархию. Однако монархия обладает наибольшей устойчивостью в этом плане - она наиболее долго сохраняет элемент неформальности отношений. Не случайно, даже когда русского мужика научили обращаться к помещику на вы (французская форма), на что ушло много времени, к царю он продолжал обращаться на ты - так было принято.

Возможно, в силу этого монархия - важный инструмент объединения и еще более действенный символ единства, причем универсальный. Правильно устроенная монархия может быть символом единства государства, в т.ч. многонационального, в т.ч. империи (заметим, что все империи многонациональны, поэтому все они приняли монархическую систему). Монархия также может являться символом единства нации, символом общественной стабильности (благодаря своей надсословности). И, наконец, в христианских государствах монарх - в некотором смысле символ единства Церкви. Даже формально конституционные, а фактически декоративные монархии (вроде современной монархии в Великобритании) продолжают исполнять эту миссию - символа и инструмента единства.

Монархия вводит в канву социальных отношений исключительно благородные принципы. Это, например, верность - один из самых благородных критериев в отношениях между людьми и к тому же главная христианская добродетель (вряд ли кто-нибудь станет с этим спорить, если учесть, что первое название христиан, когда еще не существовало слова "христиане", было именно "верные"). Вдумайтесь также в смысл слова "верноподданный", акцент в котором явно на первом слове "верный". И.А.Ильин, известнейший мыслитель и правовед нашего века, провел такую границу: "Предел повиновения республиканца - право неповиновения, предел повиновения монархиста - долг неповиновения".

Достоинство монархии, впрочем вполне распространяющееся на сильную президентскую власть, - возможность принятия оперативного решения в тех случаях, когда времени на обсуждение просто нет. Кстати, правильным монархиям даже и не в составных политических системах не свойственно оперативно единолично принимать решения, если можно подождать и посоветоваться.

Еще одним важным достоинством монархии является способность эффективно выдвигать наиболее талантливых людей на руководящие посты. В монархических системах эта способность гораздо выше, нежели в республиканских, что легко объяснимо. Любой самый порядочный и благовоспитанный глава республиканского государства - премьер-министр или президент - неизбежно (хотя бы на уровне подсознания, как бы он ни гнал от себя эту мысль) будет видеть в талантливом министре или талантливом генерале конкурента, а следовательно, хотя бы невольно, придерживать его. А монарх социально выведен из конкуренции и благодаря этому не стеснен в подобных решениях. Более того, он сам заинтересован в выдвижении талантливых людей, ибо для монарха и династии поражение страны - это возможная угроза отречения, а гибель страны - гибель династии и скорее всего личная гибель монарха. 

Недостатки монархии

Главный недостаток династической монархии так же, как и аристократии, - случайность рождения. На монархии с родовой системой наследования и монархии выборные это не распространяется, но при строго династическом наследовании нет гарантии, что не родится умственно неполноценный наследник. Поэтому в монархиях династических весьма желательно делить монархическую власть с какой-либо другой формой власти - с аристократией или с демократией.

Еще одним широко распространенным недостатком монархии является фаворитизм, склонность к выдвижению любимцев. Этот недостаток опять же устраняется составными политиями (или составными политическими системами), в которых монархия - не единственная форма, а действует в сочетании с другими формами.

Кстати говоря, не только демократия, а тем более аристократия, но и монархия чаще встречается в истории в составных политиях, нежели в чистом виде. Мы чаще видим монархии с аристократиями и даже монархии с демократиями, чем монархии, управляющие государством нераздельно. Не так уж редки в мировой истории и трехсоставные политии, сочетающие элементы всех трех форм власти.

Исторические разновидности монархий

К сожалению, в нас въелось представление, что монархии бывают абсолютными или же конституционными. Но, между прочим, абсолютную монархию придумали в XVI в., реализовали в XVII; конституционную придумали в XVII, реализовали в XVIII. Это - новейшие формы монархии, а до этого монархическая история насчитывала тысячелетия. Начнем рассмотрение с самых древних разновидностей монархии.

1. Монархии патриархальные или традиционные

Они характерны для традиционных обществ и могут развиваться в монархии сакральные или в монархии деспотические. Кроме того, черты патриархальной монархии, благодаря исторической памяти многих поколений, сохраняются в той или иной степени и в других монархических разновидностях. Патриархальная монархия, по всей вероятности, имеет не только прообразом своим отцовскую власть, но и прямо происходит из развития семейного принципа (традиционный монарх воспринимается как отец своих подданных). Патриархальная монархия имеет мало возможностей воздействовать на общество реформаторски, ибо традиционное общество почти не допускает этого, что не исключает реализации полновластия патриархального монарха в экстремальных ситуациях (например, в случае войны или иноземного вторжения).

Патриархальная монархия смыкается с монархией сакральной в одном чрезвычайно древнем обычае - обычае царской жертвы. Обычай добровольного принесения царем себя в жертву во имя спасения своего народа существовал у многих народов. Мифологическое наследие подобного рода изложено в классическом труде Р.Грейвса "Греческая мифология", который написан почти полвека назад, но нисколько не потерял достоинств. Грейвс замечает, что память о жертвоприношении царя достигла времен греческой и римской цивилизаций, но уже в замещенной форме (т.е. сохранились символические обряды, связанные с существовавшей в гораздо более глубокой древности царской жертвой).

Видимо, то же самое мы наблюдаем в ежегодном посвящении вавилонского царя для исполнения им жреческих полномочий на свадьбе бога Бела-Мардука. Происходило это так: каждый год царь являлся в главный храм, где его встречал верховный жрец, приветствовал должным образом, а затем наносил удар плетью. Если царь при этом плакал, наступающий год считался гарантированно плодородным и удачным. Не исключено, что жрецы специально тренировались бить не больно, а цари тренировались испускать слезы (это социальные технологии).

Серьезность царской жертвы, память о которой сохранялась в сознании людей в течение тысячелетий, наилучшим образом подтверждает царская жертва, принесенная Иисусом Христом - так она и воспринимается в христианском богословии. Так ее воспринимал и Понтий Пилат - наследник совершенно другой мифологической традиции.

2. Сакральные монархии

Сакральные монархии - это монархии, где первенствующие функции монарха жреческие. Иногда подобные монархии принято именовать "теократиями" (этот термин распространен, хотя и не верен, потому что "теократия" - дословно "боговластие", а скорее следовало бы пользоваться термином "иерократия" - "власть жрецов"). Сакральная жреческая монархия нередко связана с патриархальной. Из библейского и римского материала явствует, что глава патриархальной семьи был и семейным жрецом. Сакральные монархии часто связаны с традиционными обществами. Такова сакральная монархия Египта, по крайней мере в Древнем и Среднем царстве, где функции жреца - основные функции фараона.

Образцами сакральных монархий, но уже других (часто сословных) являются и такие, в которых монарх непосредственно не несет жреческих функций, но является высшим духовным авторитетом. Подобную монархию реализовал классический суннитский ислам, хотя реализовал недолго - на протяжении истории Халифата (до тех пор, пока халифы не утратили функций светских правителей, функцию же духовного авторитета они сохранили дольше).

Многовековая, а может, и тысячелетняя история сакральных монархий привела к относительной сакрализации любой монархической власти: сложению принципа священности особы царя и даже королевской крови. До наибольшего абсурда данный принцип довели французы в Средневековье - королевская кровь считалась настолько священной, что, как и с кем бы ни блудили их короли, королевские потомки признавались принцами крови. И наплодили они этих принцев крови видимо-невидимо. Впрочем, среди них бывали и очень достойные люди. Так, знаменитый французский военачальник, одно время соратник Жанны д`Арк граф Дюнуа был побочным потомком королевской фамилии, и к нему совершенно официально обращались: "Monseigneur le batard". Я даже не знаю, как это можно было бы прилично перевести на русский язык - ведь не скажешь же: "Ваше высочество ублюдок"?! Однако нашей монархической традиции это не свойственно.

3. Деспотические монархии

Это не ругательный термин - ничего общего деспотические монархии с тиранией не имеют. По-гречески, слово "деспот" означает "владыка", "повелитель". Деспотическая монархия складывается в военизированных обществах, хотя может сохраняться и после того, как они перестают быть милитаризованными. Из деспотического принципа вовсе не вытекает абсолютность власти деспотического монарха или то, что он правит более жестокими способами. Просто если сакральный монарх по происхождению - жрец, то деспотический монарх по происхождению - генерал. Как раз в деспотических монархиях мы видим обычно реально сильную монархическую власть в сочетании с ограждением чувства собственного достоинства и прав подданных. Как уже говорилось, подданные в таких монархиях - народ-войско.

Классическими деспотическими монархами были ассирийский царь (он - военачальник, не жреческого, а светского происхождения), армянский царь Древности и Раннего Средневековья, а также хан тюркской или монгольской орды (выборный деспотический правитель).

4. Сословные и сословно-представительные монархии

Их в истории мы видим чаще всего, может быть, потому, что о патриархальных монархиях сведений сохранилось гораздо меньше (они все-таки существовали слишком давно). Сословные и сословно-представительные монархии действуют в сословных обществах, поэтому наиболее характерны для потомков арийцев - народов, которые хоть в какой-то степени сохранили арийскую (индоевропейскую) традицию, а они основали большинство известных нам государств.

Для восточноарийских обществ характерно включение царя в сословие, причем, разумеется, не в высшее, а во второе - в воинское. Стоит упомянуть, что одно из древнейших персидских наименований царя "кшатра", а на санскрите "кшатра" - "воин" (индийцы и иранцы были близко родственными народами 3500 - 4000 лет тому назад). Индийские цари - раджи (обычно правители очень небольших государств) относились как в ведический период, так и в индуистский ко второй варне - варне кшатриев. Близость к воинскому сословию можно заметить и у всех иранских царей (персидских, мидийских и др.). Однако когда персидский шах стал иранским шаханшахом ("царем царей"), его власть была сакрализована, но тем не менее сословность не была разрушена. В Иране (Эраншахре) наблюдался некоторый синтез сакральной монархии и монархии сословной. При всех шаханшахах домусульманского периода (а в Иране сменялись не только династии, сменялись господствующие имперские этносы) неизменно действовал совет представителей трех арийских сословий, т.е. монархия была реально сословной.

Напротив, в западной традиции сословных обществ монарх был надсословен, видимо, еще с очень глубокой древности. Уже у ахейцев царь выделен из очень развитой и влиятельной ахейской аристократии. Можно даже предполагать, что в ахейских обществах аристократия была сильнее монархии, и все же царский род (там был родовой принцип) выделялся и обособлялся.

Точно так же в традиции Домонгольской Руси князья - своеобразно обособленное сословие, отстраненное от собственно аристократии - бояр. За всю историю Древней Руси известна одна (в начале XIII в.) попытка боярина вокняжиться - попытка неудачная: не признали ни князья, ни бояре, - чем подтверждается действенность правила.

Надо сказать, что сословным обществам монархия безусловно показана, она для них полезна, потому что монархический принцип позволяет главу государства в рамках культурной традиции сделать надсословным, а следовательно, сделать арбитром в случае межсословных конфликтов.

Что же касается сословно-представительных монархий, то они возникают по мере роста государств. Ведь прямая демократия возможна только в очень небольшом государстве, где хотя бы полноправных граждан можно собрать на одной площади народного собрания. Видимо, 30000 полноправных афинян уже близко к пределу численности лиц, участвующих в прямой демократии. С увеличением размеров и многолюдности государства появляется демократия представительная. Она включается в систему сословно-представительных монархий, которые, конечно, в чистом виде монархиями не являются, ибо это - монархия с демократией или, что нередко, монархия с аристократией и демократией.

В лучшие периоды отечественной истории мы можем наблюдать у нас монархию сословную. В Домонгольской Руси IX-XIII вв. существовал монархический элемент (княжеская власть) и демократическое вече (т.е. прямая демократия в каждом княжестве). С созданием единой России мы перешли к сословно-представительной монархии (в XVI-XVII вв. царь правил с аристократической Боярской думой и сословным представительством - Земским собором).

Я не стану спорить с распространенным мнением историков, что сословное представительство и тем самым сословно-представительные монархии складываются в процессе борьбы за объединение государств против феодальной раздробленности. Нередко встречаются упоминания (это характерно для Западной Европы), что короли боролись с крупными феодалами, опираясь на парламент мелкого дворянства и горожан (бюргеров). Я могу лишь иронически заметить, что еще неизвестно, чья сторона в данном случае была инициатором. Может быть, именно мелкие дворяне и бюргеры опирались на королевскую власть в борьбе с крупными феодалами? Но за исключением этой оговорки, я согласен с данным мнением.

Интересно, что парламенты появились в процессе борьбы за единство государства. Первый датируемый в Западной Европе парламент - Кортесы Кастилии (1185 г.). Первый датируемый опыт парламентаризма в отечественной истории - Земский собор кн. Всеволода III Большое Гнездо (1211 г.), т.е. наш парламент на 54 года старше английского, созванного впервые в 1265 г. Сословно-представительные монархии преобладают в Западной Европе XIII-XVI вв. В отечественной истории эта форма правления держится с середины XVI и до конца XVII вв. Впрочем, строго говоря, сословно-представительная монархия - это уже составная политическая система.

Стремясь объединить государство, власть - как республиканская, так и монархическая - охотно бросается в объятья парламентаризма. Иначе она терпит поражение. В процессе объединения государства и развития своего парламентаризма, американцы противникам единства шею сломали, одержав победу в Гражданской войне (а наши школьники до сих пор думают, будто ее вели из-за негров).

Еще в начале 1991 г. было очевидно: если расчленение СССР станет свершившимся фактом, ни о каком торжестве парламентских принципов у нас можно не мечтать. Дальнейшее известно - расстрел Верховного Совета РФ в 1993 г. А корни октябрьских событий 1993 г. уходят в 1991 г., когда наша страна была расчленена.

5. Абсолютные монархии

Принцип абсолютизма генетически связан с тремя заметными историческими явлениями: с бюрократизацией, отходом от христианских основ и этатизмом.

Во-первых, большому государству свойственна либо монархия с аристократией, либо монархия с демократией. Если же аристократических и демократических институтов нет, неизбежна монархия с бюрократией, ибо при отсутствии оперативной связи со всей огромной территорией государства царь не может эффективно решать все вопросы без бюрократии. Монархия, лишенная представительных форм, заболевает опаснейшей болезнью - бюрократизмом. Франция в качестве бюрократического государства была лидером Западной Европы, а в Высоком Средневековье - и всего мира. Уже в XIV столетии Филипп IV Красивый в значительной степени подмял аристократию, создав мощную бюрократическую систему. Не удивительно, что Франция, правда, уже в XVII столетии стала страной классического абсолютизма.

Во-вторых, абсолютная монархия связана с антихристианскими тенденциями эпохи Возрождения и именно поэтому так воспевалась эпохой Просвещения. Христианин не мог бы согласиться с абсолютизмом по совести никогда, ибо для него абсолютен только один монарх на небесах. Однако христианским принципам этики и, следовательно, политики первый удар нанесли в эпоху Возрождения (вспомним известнейшие труды Н.Маккьяавелли), а эпоха Просвещения вся была посвящена этим ударам - дехристианизации западноевропейской культуры. В качестве инструмента для этого просветители с удовольствием принимали "просвещенный абсолютизм", который означает лишь одно: на троне сидит абсолютный монарх, которому на ухо нашептывает умные советы один из компании просветителей.

В-третьих, абсолютная монархия связана с возобладавшим в эпоху Просвещения принципом общественного договора в варианте Т.Гоббса (принципом Левиафана). Суть его в том, что в интересах дворянства или других сословий полномочия раз и навсегда делегируются государству, и подданным остается только повиноваться. Именно этот принцип был реализован в абсолютизме. Абсолютизм - одна из обнаженнейших форм этатизма, т.е. государственничества. И неважно, говорил ли Людовик XIV (лично очень симпатичный король): "Государство - это я", или эту его фразу потом придумали. Гораздо важнее, что он мог так сказать, это вполне вписывается в период его правления и в социальный уклад Франции XVII столетия.

Однако абсолютную монархию не следует путать ни с деспотической монархией (деспотический принцип воинского повиновения не исключает ограничения царской власти), ни с самодержавной (христианской) монархией, ни с тиранией. Как ни мало симпатична абсолютная монархия, тиранией она не является, ибо, во-первых, все абсолютные монархи принимали принцип неприкосновенности частной собственности. Другое дело, что конфисковать имущество могли по инспирированному приговору суда, но это - исключение из правила. Никто из абсолютных монархов не решился на массовые конфискации, на что запросто решались тираны. Во-вторых, даже абсолютные монархи не склонны полностью разрушать традиции. Так, при абсолютизме французском исчезли представительные органы (Генеральные штаты), но городские советы остались, хотя их возможности и были усечены. Существовали органы городского самоуправления и после укрепления абсолютизма в России в XVIII в. Кроме того, во Франции при абсолютизме сохранились также независимые судебные палаты (т.н. парламенты). Эта склонность соблюдать некоторые принципы собственной культуры, не рвать с ней в корне - безусловно, достоинство, сохраняемое и абсолютной монархией.

6. Конституционные монархии

Конституционная монархия идейно связана с абсолютной монархией и тоже представляет собой реализацию принципа общественного договора в различных его вариантах. Только теперь уже власть короля ограничена не так, как она была ограничена в сословных и сословно-представительных монархиях, - она теперь ограничена конституцией. Принцип разделения властей, характерный для конституционных монархий, обязан своим появлением абсолютной монархии - на некоторое время должен был установиться абсолютизм, чтобы потом общество начало защищаться от государства! Безусловный этатизм абсолютизма вызвал некоторый антиэтатизм. А общество сословное от государства не защищалось - оно государством повелевало.

7. Самодержавные или автократические монархии

"Автократия" - термин византийский. Позднее его стали переводить на русский язык, как "самодержавие". Первоначально, когда самодержцем объявил себя создатель России Иван III, наш величайший государь, это лишь означало, что он больше не является вассалом хана, что он абсолютно суверенен. Но постепенно термин "самодержец" стали воспринимать в связи с византийским наследием.

Василевс ромеев (византийский император) был автократором или самодержцем, христианским государем-императором. Формально власть его не была ограничена - сословного представительства при нем не было, и автократор мыслился единоличным источником законов. Однако его нельзя считать не только тираном, но даже абсолютным государем, и вот почему.

Во-первых, василевс ромеев был ограничен как христианский государь. Уже в первые века христианства (первое упоминание у апостола Павла в Новом завете) весьма серьезно разрабатывалась идея взаимодействия и содружества Церкви и государства. Впервые эта идея начала воплощаться в начале IV в. при императоре Константине Великом, первом христианском императоре. На рубеже IV-V вв. она была детально разработана Иоанном Златоустом, великим богословом и поэтом (см. его Толкования на послания апостола Павла), а окончательно оформилась в VI в. при императоре Юстиниане Великом.

Данная концепция именовалась "симфонией государства и Церкви" (по-гречески, "симфония" - "созвучие"). Суть ее такова: Церковь обладает исходно высшей и светской, и духовной властью, ибо глава Церкви - сам Христос, но меч светской власти она вручает христианскому царю и не вмешивается в дела правления государством, однако сохраняет за собой право нравственного суждения по малейшему решению власти. На практике это означало, что в случае редких конфликтов императору противостоял не патриарх, который всегда слабее императора, а Собор из нескольких сот епископов, который заведомо сильнее императора в христианской стране.

Во-вторых, василевс ромеев был ограничен правосознанием. Византийское общество было необычайно правовым. Все его граждане, в т.ч. и возможные наследники престола, воспитывались в сознании того, что император - источник законов, но пока нет нового закона, действующий писан прежде всего для самого императора. Нам бы так воспитывать государственных деятелей!

В-третьих, василевс ромеев был ограничен волей войска и синклита, так как именно они избирали нового императора.

И, наконец, в-четвертых, василевс ромеев был ограничен демократическими кругами столицы, организованными в "димы", т.е. в "корпорации граждан" (византийцы стали произносить слово "демос", как "димос"). "Димы" доводили свои пожелания до императора, и с их волей иногда лучше было не спорить.

Таким образом, власть василевса ромеев была реально ограничена и даже сословно ограничена, хотя формально и считалась не ограниченной.

Попытка перенесения автократии на отечественную почву дала первую в русской истории тиранию Ивана IV, ибо русские были куда демократичнее византийцев, но значительно уступали им по уровню правосознания. Со смертью тирана византийские принципы были русифицированы, и с 1584 г. "самодержавием" у нас уже называется составная система с Боярской думой и Земским собором, т.е. сословно-представительная парламентарная монархия. Известный публицист XVII в. Ю.Крижанич в "Политике" называет "правильным самовладством" именно сословно-представительную монархию.

Тирания

"Искажением" или "отклонением" монархии является тирания - власть эгоистического правителя. Термин "тиран" эллинский. Но эллины обычно тираном называли просто узурпатора - того, кто к власти пришел незаконным путем. Тот же, кто пришел законным, именовался у них царем. Поэтому не удивительно, что в литературе по греческой истории встречаются очень приличные и даже добродетельные тираны, как, например, поборник уважения граждан и защитник гражданских прав Писистрат Афинский (даже такое бывало)! Повторяю: все дело в узком звучании этого термина для рядового эллина, который полагал тираном любого, кто захватил власть или пришел к ней еще каким-нибудь не предусмотренным путем.

Однако Аристотель был гораздо тоньше и глубже своих соотечественников и обратил внимание на целый ряд других аспектов. Прежде всего он считал, что на тиранию распространяется общий принцип: "отклонение" действует в интересах части общества, в отличие от "правильной формы" государственной власти. Кроме того, Аристотель указал на свойственные тирану жестокие методы правления (весьма важная черта, по которой в последующие эпохи опознавали тирана). Надо сказать, что жестокость правления, как и эгоистичность правления, и даже эгоцентричность правления связывается в нашем сознании с тиранией гораздо больше, чем незаконный приход к власти. Наконец, Аристотель подметил, что тиран оказывается в некотором смысле вне общества. Аристотелю принадлежит тезис: "Законного царя охраняют граждане, тирана охраняют наемники".

Тирании - часто следствие социальных потрясений. Они обычно складываются в переходные, переломные эпохи, причем переломность бывает различной. Особенно характерны тирании в те моменты, когда надламывается или повреждается традиция. Именно в силу этого два периода в истории дали неимоверное количество тиранов. Первый - период борьбы демократий с аристократиями в греческих полисах, когда в одних случаях граждане, а в других толпа выдвигали против аристократии тирана (VI-V вв. до Р.Х.). Второй - эпоха итальянского Возрождения.

В настоящее время термин "тирания" в обиходе потерял свой первоначальный смысл. Его применяют главным образом в переносном смысле, оценочно, как характеристику жестокого правителя или правительства (а это совсем не обязательно тирания - жестокой может быть и олигархия), либо иносказательно: не покупающая внуку мороженное бабушка - конечно, тиранша! Даже высокообразованные западные авторы, которые вообще не могут сослаться на искажение терминологии марксистами, иногда подменяют термин "тирания" термином "диктатура", означающим совершенно иное. Так поступил в "Письмах Баламута" К.С.Льюис - выпускник Оксфорда и профессор Кембриджа. Это весьма опасно, ибо тирании в XX в. встречаются и, нет ни малейшего основания сомневаться, встретятся в будущем. Поэтому определенная строгость в обращении с этим термином для юриста, историка, государственного чиновника, политика обязательна.

Рассмотрим несколько примеров тирании.

Первый русский тиран - Иван IV. Законность его прихода к власти можно было бы поставить под сомнение в силу обстоятельств его рождения, но другого претендента на престол не было, и формально он к власти пришел вполне законным путем как наследник. Тиранический опыт его правления начинается с опричнины, но готовится началом Ливонской войны, против которой его правительство категорически возражало. Понимания в Боярской думе Иван IV тоже не нашел бы. Созыв Земского собора тем более ему ничего бы не дал. Тогда он развязал Ливонскую войну провокацией (классическая методика тирана) - отряд Алексея Басманова явочным порядком захватил Нарву. В результате, война началась, причем в крайне невыгодной для нас ситуации - с сильным риском вызвать создание коалиции нескольких сильных держав, что и произошло впоследствии, когда в войну вслед за Польшей вступила Швеция.

В предисловии к "Князю Серебряному" А.К.Толстой негодует "...не столько от мысли, что мог существовать Иоанн IV, сколько от той, что могло существовать такое общество, которое смотрело на него без негодования". Наличие тиранов в нашей истории неоднократно использовали в антирусской пропаганде, заявляя, что русские, де, - вечные рабы и очень любят тиранов. На самом же деле есть более и есть менее тираноустойчивые системы, однако ни один народ в своей истории тиранов не избежал. Так, Англия, еще в Средние века создавшая демократию не только муниципальную, но и парламентарную, получила своего тирана чуть раньше нас. Это был старший современник Ивана IV - Генри VIII, типичный тиран эпохи Возрождения. Кстати, в Англии при нем даже действовал Парламент и послушнее любого Верховного совета единодушно голосовал за все предложения тирана.

Полагаю, успех тирании основывается на том, что тиран превосходит допустимый в данном обществе в данную эпоху уровень жестокости. Сказав, что тиран жесток, мы не скажем ничего, потому что жестокость - понятие в определенной степени историческое. Например, до Ивана IV в "отсталой" России квалифицированной казни (т.е. казни, в которой определяется способ умерщвления) вообще не было, тогда как в "передовой" Франции она была. А начав сажать на кол, Иван IV резко перешагнул через представления общества о возможном уровне жестокости, и общество оцепенело от ужаса.

Такое оцепенение в истории наблюдалось неоднократно и в итальянских тираниях, и в китайских. Стоит отметить, что ни один полноценный тиран не был свергнут. Они либо умирают своей смертью, либо - счастливый случай - их убивает какой-нибудь герой (и тираноубийцам ставят памятники, как Гармодию и Аристогитону в Афинах), но низложения тиранов не получается. Разумеется, уровень оцепенения обманчив, и любой тиран боится своих подданных. Тот же Иван IV построил мощный замок на Ваганьковском холме, где теперь находится главная библиотека страны. Он укреплял Вологду, чтобы было где отсидеться, если ему придется бежать из Москвы. Он договаривался с английским правительством, чтобы его приняли, если ему придется бежать за границу (о чем есть соответствующая переписка). Тиран боится всегда. Цари не ездили в бронированных экипажах - в них ездили тираны (правда, в XX в. в них стали ездить все, но уж такая у нас эпоха)!

А вот пример поведения весьма могущественного римского императора. Элий Адриан, третий в династии Антонинов (начало II в. н.э.) прогуливался по Риму, из чего вовсе не следует, что его несли на бронированных носилках, а по портикам вокруг шныряли десятки замаскированных секьюрите в бронежилетах под тогами. Он просто гулял и думал, вероятно, о чем-нибудь эллинском (он был большой эллинофил). Внезапно его остановила бедная старуха и попросила разобрать ее спор с эдилом (низшее должностное лицо в Риме, нечто вроде шерифа). "Отстань, мне некогда", - ответил тот и пошел, думая о прекрасном. "Ах, тебе некогда! - крикнула ему в спину сварливая старуха. - Тогда не будь императором"! Адриан вернулся и разобрал их спор. Эта ситуация абсолютно невозможна в XX в., но она невозможна и ни с одним тираном.

Однако даже классическая полноценная тирания (когда имеет место весь набор характеристик тирана - и способ прихода к власти, и жестокость правления, и эгоистичность) не наследуется. После правления тирана всегда следует мягкое правление или цепь мягких правлений.

После Генри VIII было мягкое правление Эдварда, а затем было длинное и довольно жесткое правление Елизаветы Английской, но оно было предельно националистическим, т.е. проводилось в интересах Англии и англичан (неразделимые понятия!), и поэтому никак не может рассматриваться, как тираническое.

После Ивана IV было мягкое правление Федора. Кстати, несмотря на общеизвестность доброго нрава Федора, стоило только тирану Ивану IV умереть, сословия потребовали процедуры избрания царя, и Федору пришлось-таки ее пройти, как и всем последующим царям вплоть до второго тирана в российской истории - Петра I. Вообще, в истории России тиранов было всего два. Это совсем немного в сравнении хотя бы с Италией, где их были десятки. Можно, конечно, добавить к этим двоим еще и И.В.Сталина, но советский период - это не вполне история Российского государства и уж совсем не история русской политической традиции.

Рассмотрим пример, доказывающий тот же тезис от противного. Первым масштабным тираном в китайской истории стал Цинь Ши или Цинь Ши хуанди (конец III в. до н.э.). Это - первый китайский император (он первым сумел построить империю, объединив китайские царства и княжества). Он возвел Великую китайскую стену, а также неимоверное количество дворцов. В частности, у него было много дворцов в столице, однако Цинь Ши так боялся собственного народа, что никто заранее не знал, в каком из них он сегодня будет ночевать. Он построил по всему Китаю хорошие дороги, но в отличие от римских, тоже хороших дорог, они обладали странной конфигурацией - средняя их часть (вдоль осевой линии) была приподнята, и по этой приподнятой части дороги мог ездить только император. Додуматься до этого способен только тиран! Приподнятая часть дороги была такой ширины, чтобы по ней спокойно могла проезжать его кибитка, с боков эта приподнятая часть ступенькой обрывалась вниз, а справа и слева от приподнятой части шла нормальная проезжая часть дороги. И таким образом строились сотни километров дорог! Император носился по ним из города в город в своей бронированной кибитке и в каждом городе за нераспорядительность жесточайшим образом казнил чиновников и всех, кто попадался под руку. Тем не менее страна разваливалась, потому что все боялись принимать решения, и за всеми решениями отсылали к императору. В конце концов он свихнулся и несколько позже умер своей смертью. Его преемник Эр Ши решил не от большого ума, что ему дозволено править теми же методами - в результате, месяца через полтора его убили.

Надо сказать, что в СССР после И.В.Сталина смягчение началось сразу (уже летом). И смягчение это начал даже не Н.С.Хрущев или Г.М.Маленков, а Л.П.Берия. Я сомневаюсь, что он был добрее Сталина. Просто он понимал, что ему не дозволено править так же, как Сталин. Он был умнее императора Эр Ши.

Диктатура

От понятия "тирания" следует четко отличать понятие "диктатура", которое тоже используется фривольно иногда даже профессионалами, уж не говоря о термине "диктатура пролетариата".

"Диктатура" - понятие римское и означает всегда "экстраординарную власть". Диктатор назначался римским сенатом сроком на 6 месяцев в случаях, когда республика оказывалась в очень тяжелой ситуации. Позднее, к концу Гражданских войн этот срок иногда продлевался (как это было, например, у Суллы). Диктатор заменял двух консулов, объединяя в своих руках их верховную власть, и, кроме того, получал право военачальника выносить смертный приговор в стенах города. Классическим диктатором, на примере которого воспитывали римлян, был знаменитый Цинциннат, человек весьма небогатый. Его назначали диктатором 3 раза. И все 3 раза он исправно выполнял свои функции, вовремя слагал с себя полномочия и возвращался к своим быкам (землю пахать).

Диктатура, как власть экстраординарная, к ординарным формам власти никакого отношения не имеет. Диктатора может назначить и демократия, и аристократия, и даже монарх.

В отечественной истории нам известен монархический диктатор. Это был министр внутренних дел М.Т.Лорис-Меликов, которому экстраординарные полномочия были вручены из-за народовольческого террора императором Александром II. Хотя в полном смысле слова римским диктатором министр не был (в России продолжал править император). Надо сказать, Лорис-Меликов справился с возложенными на него обязанностями - при нем почти всех народовольцев уже переловили. Тем не менее буквально из последних сил народовольцы все же успели бросить в Царя-освободителя бомбу (его трагический конец общеизвестен).

Знает отечественная история и пример демократического диктатора, у которого по сути дела даже официальный титул "Выборный человек всея земли" (никогда не повторявшийся впредь) указывал на экстраординарные полномочия. Это - К.З.Минин. Вряд ли он читал что-либо по римской истории, будучи мясным торговцем, но, как и римский диктатор, который сам назначал себе помощника ("начальника конницы"), Минин сам назначил главнокомандующим кн. Пожарского (своего рода помощника диктатора). Минин был демократически избранным диктатором, сложившим свои полномочия по восстановлении ординарной власти.

Если же диктатор, обладающий большими возможностями, не складывает полномочия, это означает, что диктатура эволюционировала в тиранию. Рассмотрим примеры.

Сталин - чистейший воды тиран, ибо он добился экстраординарных полномочий не законным путем, а благодаря аппаратным играм и затем террору (никаких полномочий ему никто не вручал). Его же менее удачливый конкурент Адольф Гитлер получил власть как диктатор (он совершенно законно занял пост райхсканцлера), но явочным порядком упразднив пост райхспрезидента и перестав собирать райхстаг, он стал тираном. С другой стороны, Франсиско Франко должен восприниматься как диктатор до конца дней своих, ибо Испания считалась представительной монархией, Кортесы (парламент) были восстановлены во время правления Франко, а в конце его правления восстановлена была и королевская власть. Экстраординарными полномочиями обладал во время Гражданской войны и Джордж Вашингтон, которого можно в какой-то степени считать республиканским диктатором, но тираном он не стал.


Следующая лекция: Аристократия и олигархия

Курс: Историко-культурное введение в политологию